Создатель ChatGPT: История Сэма Альтмана - Кич Хэйги

Radiate арендовал офис в Пало-Альто, в скромном двухэтажном бежевом здании по адресу Эш-стрит, 3250, рядом с оживленным перекрестком Эль-Камино-Реал и Пейдж-Милл-роуд, всего в нескольких минутах езды на велосипеде от кампуса Стэнфорда. Главной достопримечательностью помещения была винтовая лестница, которая торчала посреди главной комнаты и представляла явную опасность.

«Пришлось обмотать ее мягкими аквапалками, потому что многие парни не смотрели по сторонам и регулярно разбивали себе лбы, – вспоминала Нини Танг, офис-менеджер компании. – Эта лестница была настоящей ловушкой».

В офисе стоял стол для пинг-понга и телевизор, на котором в основном рубились в Halo 3. Братья Перникофф притащили свои гитары и французского бульдога Бруно, добавившего свой аромат к и без того специфическому амбре – некоторые разработчики регулярно кодили всю ночь напролет и спали прямо в офисе.

«Настоящее студенческое братство», – вспоминала Мин Лю, позже присоединившаяся к команде в качестве руководителя по маркетингу. Когда Томми Цай – гениальный программист, технический директор Loopt, которого чаще всего находили спящим перед монитором по утрам, – заболел, Танг пришлось самой записать его к врачу и отвезти на прием. «Я чувствовала себя мамочкой этих ребят», – говорила она, хотя на тот момент сама лишь недавно окончила Стэнфорд.

В те времена Пало-Альто был центром технологической вселенной; индустрия еще не переместилась в Сан-Франциско. Каждый вечер под странным розовым небом проходили десятки встреч и мероприятий, организованных стартапами и венчурными фирмами, где обсуждалось будущее мобильных технологий и облачных сервисов. После них команда Radiate обычно направлялась в Antonio’s Nut House – дешевый бар, пропахший пивом и арахисовой скорлупой, которой был усыпан пол.

Иногда они посещали мероприятия других стартапщиков. Команду Radiate нередко можно было встретить в необычном доме-офисе, который снимали Аарон Леви и Дилан Смит. Они тоже бросили колледж и основали Box – сервис для облачного хранения данных, они устраивали вечеринки с настольным футболом и бир-понгом. В их доме-офисе был лофт с несколькими матрасами на полу, где гости запросто могли завалиться спать. Или ребята могли оказаться в доме Эвана Таны, одного из первых разработчиков Radiate, чей сосед Марк Сли устроился программистом в Facebook и иногда приводил туда своего босса – Марка Цукерберга, который был всего на год старше. «Было весело тусоваться с ребятами из Facebook», – вспоминал один из первых сотрудников Radiate.

Любуясь этой кипучей юной энергией, в Sequoia тем не менее предпочитали, чтобы в их стартапах присутствовал, как выражались специалисты фонда, «кто-то взрослый». В сентябре 2005 года Бота, пытаясь убедить коллег инвестировать в YouTube, писал в служебной записке: «Нам нужно помочь компании срочно нанять генерального директора и вице-президента по развитию бизнеса и продажам»[125]. В пресс-релизе Sequoia об инвестициях в YouTube, опубликованном несколько месяцев спустя, с гордостью говорилось, что фонд не просто финансировал, а «организовал» работу стартапов, на которые приходилось 10% капитализации компаний NASDAQ[126].

Похожий сценарий был и с Radiate. Еще когда компания размещалась в «инкубационном пространстве» Sequoia, фонд нашел нескольких опытных руководителей, которые, как надеялись Макаду и его коллеги, могли бы стать наставниками для молодых основателей. Один из них – Брайан Марциняк, опытный специалист по продажам в сфере технологий из Джорджии. Ему было уже за 40, и он работал вице-президентом по продажам с начала 1990-х. «Некоторым представителям операторов связи нужно было видеть седину, – объяснял Макаду. – А Брайан играл в гольф, носил правильные свитеры и состоял в загородном клубе». Несмотря на седину, Марциняк считал, что получил работу потому, что показался менее властным, чем другие кандидаты. «Альтман не хотел нанимать вице-президента по продажам, который будет им командовать», – отмечал Марциняк. В конце концов, все прекрасно знали, кто в компании был лучшим продавцом. «Он всегда говорит так, будто все знает. На самом деле это вовсе не так. Его реальные знания могут быть на тройку, но он преподносит их так, что они звучат на все десять баллов», – говорил Марциняк об Альтмане. Альтман показался ему весьма дружелюбным и открытым к сотрудничеству, и его не смущало, что Сэм на каждой встрече открывал ноутбук, доставал потертый от постоянного использования карманный компьютер PalmPilot и параллельно занимался еще несколькими делами.

Другим «взрослым», которого привела Sequoia, стал Марк Джейкобстайн – приятный в общении предприниматель лет тридцати пяти, с дипломом Гарварда по компьютерным наукам и опытом основания нескольких компаний. Его последним на тот момент проектом была платформа мобильных игр Digital Chocolate, созданная вместе с основателем Electronic Arts Трипом Хокинсом при поддержке Sequoia. Этот опыт убедил Джейкобстайна, что мобильные устройства годятся не только для игр, но в фирме, которой руководил основатель одной из самых культовых игровых компаний в истории (Хокинс, бывший сотрудник Apple, создал Electronic Arts при поддержке Sequoia и разработал такие игры, как The Sims и Resident Evil), было не так уж много возможностей для исследования других направлений.

В небольшой переговорной на восемь человек, расположенной на втором этаже штаб-квартиры Sequoia, Марк Джейкобстайн встретился с пятью основателями, включая недавно присоединившихся братьев Перникофф. С Альтманом они сразу поладили. Оба были убеждены, что мобильные устройства должны не просто развлекать людей, пока они ждут своей очереди или сидят в туалете, а помогать им встречаться в реальном мире.

Альтман рассказал, что в университете часто хотел пообщаться с друзьями в перерывах между занятиями, но не знал, где их искать. Свою компанию он описал как инструмент, «повышающий вероятность неожиданных встреч», вспоминал Джейкобстайн. Когда он позже объяснил эту идею своей матери, она моментально уловила суть: «А, так это лекарство от одиночества?»

В отличие от Марциняка Джейкобстайна наняли, как выражался Макаду, «для профессиональной поддержки» – он должен был «восполнить недостаток опыта у Сэма». Сам Джейкобстайн описывал свою роль так: «Предполагалось, что я стану Шерил при его Цуке», намекая на успешный тандем операционного директора Facebook Шерил Сэндберг и генерального директора Марка Цукерберга, который моложе ее на 15 лет.

Джейкобстайн получил должность исполнительного вице-президента по корпоративному развитию и маркетингу. На деле его задача заключалась в сопровождении еще слишком юного Альтмана туда, где к нему могли отнестись несерьезно, – например, на встречи с представителями операторов связи или регуляторами. Вместе они придумали способ решения проблем с конфиденциальностью: сами выходили на контакт со всеми, кто мог потенциально выразить недовольство, – Фондом электронных рубежей, Американским союзом защиты гражданских свобод, приютами для жертв домашнего насилия, Национальным центром по делам пропавших без вести и эксплуатируемых детей – и привлекали их к разработке продукта. «Вовлекая их в процесс, мы заранее снимали возможные претензии», – объяснял Джейкобстайн.

Этот подход Альтман запомнит и позже блестяще применит в OpenAI. Впрочем, когда дело дошло